Настроение в стихах от чата "Завалинка"

Бродячие маски, бродячие сказки, бродячий сюжет,
Себя излагаю, пора, дорогая, из тени на этот свет,
Все мило и просто, прикрыта короста изящным бантом,
Сидит у окошка облезлая кошка с пушистым хвостом.
Обыденность боли, глоток алкоголя, штрихую лицо,
И снова – как прежде – дорога к надежде налита свинцом,
И хочется, кстати, найти выключатель, и дернуть стоп-кран,
Но это не метод, глоток Интернета, мигает экран.
И где-то в зените мой ангел-хранитель глотает горстями мел,
Потеря рассудка и язва желудка, и список недобрых дел,
Он галочки ставит и низко летает, и чертит в снегу круги,
А я не вникаю, себе потакая, всегда ухожу с другим.
Он ласково стелет, он мастер постели, он помнит мои грехи,
Встречает радушно, но я равнодушна, любовница от сохи.
Короткие нити в моем лабиринте, прощайте, дружок Тезей,
Тавро Минотавра, иллюзия дара, мой собственный Колизей…
( Мария Хамзина)

Когда мы встретимся однажды,
И познакомимся, конечно,
И утолим общенья жажду,
И скажем что-нибудь про вечность.

Когда вино запьем стихами,
Когда стихи зальем весельем,
То что-нибудь случится с нами,
И как-нибудь придет везенье.

Тогда проснуться наши души
В предощущенье резонанса
И единенья не нарушит
Непостоянное пространство.

Стиха стихия быстротечна
И это испытает каждый,
Когда мы встретимся, конечно,
И познакомимся, однажды.

Петр Давыдов

Вот и ладно, и никто никому не должен,
Не ищи меня в себе, а во мне врага.
Ах, как раньше был мой долг на любовь помножен! -
Но сошли, растаяли белые снега.

Полиняли, милые, медленно, уверенно,
Лишь волной ударило в наши берега.
Больше нечего делить - все давно поделено,
Не достались никому белые снега...

Две дороги - что с того, где какая кончится, -
А с обочин две тропы в поздние луга.
Ни тебя и ни себя мне жалеть не хочется,
Только жаль немного те белые снега.

Юрий Панюшкин

Моему 4-х летнему сыну Алеше.

Я наслаждаюсь тишиной,
Когда ты рядышком со мной
Угомонившись сладко спишь
И тихо носиком сопишь.
Я наслаждаюся игрой,
Когда играю я с тобой,
Когда читаю тебе книжку
Про Айболита и Мартышку.
Я наслаждаюся тобой,
Когда ты говоришь со мной.
Когда пытаешся сказать,
Что "лутце папы не сыскать"
Ты мой подарочек от Бога,
Я у судьбы прошу не много:
Что б дети все здоровы были,
С их лиц улыбки не сходили,
Что б в доме слышен громкий смех
И ты что б писал лучше всех!

Сияла ночь, луна блистала,
Горели звёзды в тишине,
Слеза кристальная стекала
По тёплой, ласковой щеке

И даже ветра дуновенья
Не слышно было в этот миг,
Лишь мягкое прикосновенье,
Лишь сердцу этот милый лик.

Ах! Как загадочно и странно
Тогда проникли в грудь мою
С твоим дыханием, желанным,
Три слова: Я тебя люблю!

Я такая,как есть,я не буду другой,
Я такая,как есть,я останусь такой.
Я наивна бываю,бываю вредна,
Но такая,как есть,я на свете одна.
Я такая,как есть,я умею любить.
Кто увидит меня,тот не сможет забыть.
Я умею ласкать,но умею и бить.
Я умею спасать и умею губить. Я
такая,как есть,я похожа на мать.
Строя жизнь,я себя успеваю ломать.
Я немного грущу,и немного смеюсь.
Я бесстрашна бываю,но я и боюсь.
Я такая,как есть,я люблю помогать.
Но бывает,что я не могу не кричать.
Я бываю вольна,я бываю одна.
Пылкой быть я могу,а потом - холодна.
Я такая,как есть,я не стану иной.
Я НЕМНОГО ПОПЛАЧУ У ВАС ЗА СПИНОЙ,
ВЫТРУ СЛЁЗЫ И МИЛО В ОТВЕТ УЛЫБНУСЬ.
И такой,как я есть,к вам опять повернусь...

Я ОсТаНуСь СлЕзОю На МоКрОм СтЕкЛе...
ЕсЛи СдАвИт ВиСкИ... В ОжИдАнИи ВзДоХа...
ЭтО я НаКоНеЦ ОсОзНаЛа ЧтО МнЕ...
БеЗ ТеБя...и с ТоБоЙ... ОдИнАкОвО ПлОхО...

Кризис среднего возраста

Я не могу играть ноктюрны
На флейте водосточных труб
Юпитер путаю с Сатурном
Для Джеймса Джойса слишком глуп
Не знаю, с кем живёт ехидна
Забыл, как пишется "минет"
И очень, знаете, обидно
Что не готовлю винегрет
Годами не ходил в театр
Не пил абсента и "Клико"
Не покорял горы Монмартр
Не пел в Тбилиси "Сулико"
В "Джоконде" вижу лишь ухмылку
У Рубенса - один стриптиз
Который год я жду посылку
В которой ждёт меня сюрприз
Как на письме в далёком детстве
Сургуч сломаю второпях
На дне найду своё наследство
В хрустящих новеньких рублях
Коробку выброшу я в урну
И для друзей открою клуб
Где будем мы играть ноктюрны
На флейте водосточных труб

А за всё, что выйдет боком
И представится грехом -
Я отвечу перед Богом,
Перед Богом и стихом.

Подожду, не стану плакать
И не стану кликать смерть.
Кто же я - земная мякоть
Или неземная твердь?

Подведу тебя к порогу
И скажу как на духу :
Отвечаю только Богу,
Только Богу и стиху!

Подожду, не стану плакать
И узнаю наизусть :
Кто же я - земная слякоть
Или неземная грусть?

Наживу с годами грузность,
Как и вся моя семья.
Кто же я - земная трусость
Или тайна бытия?

Освещаю ли дорогу?
Горожу ли чепуху?
Отвечаю только Богу,
Только Богу и стиху!

Вероника Долина

Нам с тобой не преломить хлеба,
И не выкушать пуда соли,
Между нами разлилось небо,
А под небом разлеглось поле,
Поле белое, конца - краю
Не видать - такая в круг снежность.
Я заранее, мой друг, знаю,
Чем окончится игра в нежность,
Чем аукнется моя ласка,
Чем откликнется твоя слабость...
Я - последняя твоя сказка,
Так держи меня, моя радость!
Ты держи меня, держи,
От себя не отпускай,
А иначе завьюжит,
Закружит, заворожит,
Возле первой же межи -
И прощай.
В этом поле, где зима кажет
Зубы белы, хохоча дико,
Шаг шагнешь - и пропадешь, даже
Не услышишь моего крика.
Впрочем, вряд ли я теперь вправе
Обижаться на метель с ветром,
Ибо мой один шажок равен
Десяти твоим шагам, свет мой,
Ибо ты идешь тропой торной,
Вдоль заметанного в снег хлеба,
А я медленно, но упорно,
Шаг за шагом ухожу в небо.
Мне ли по полю радеть,
Если небо высоко,
Мне ли милого жалеть,
Платье белое надеть,
Если можно улететь
Далеко.
Если вся моя судьба -
Этот призрачный полет,
Если горняя труба
Вьется иволгой у лба
И зовет.
Как легко мне без тебя, вволю
Вечерами вышивать строчки
По бумажному скользя полю,
Расставляя над судьбой точки.
Вот и нынче, услыхав трубный,
Требный, трепетный призыв снова,
Мне б пуститься в перелет трудный,
Мне б заутреню служить слову,
А я сижу до петухов первых,
То смеюсь, а то навзрыд плачу,
И у самой записной стервы
От бессонницы сдают нервы:
Я так мало для тебя значу...
(Макеева О.)

Из пивной, укутанной дымом едким, я пишу тебе на клочке салфетки. На меня внимательно и печально из куста петрушки глядят креветки. Этот взгляд, солено-варено-томный, мне, мой друг сердечный, тебя напомнил, но салфетка рвется под авторучкой - и строка сбивается... Так о чем бы написать тебе? Я не знаю толком. Если ваза падает с книжной полки, я, поверишь ли, никогда не плачу, я спешу скорее смести осколки. Ты меня, возможно, поймешь не сразу. Ты пожмешь плечами: какая ваза? Никакая, милый. Не напрягайся. А креветки, даром что пучеглазы, а вполне себе хороши под пиво и негромкий джаз. Я сижу красиво, я курю изящно. В оконной раме небеса полощутся цвета сливы. Это скоро вечер, и дождь, и осень, это счет на выщербленном подносе, и, небрежно скомканные в салфетку, официант печали мои выносит...

Макеева О.

Разговор трех книг.

И прошептала Библия Корану:
"Ты хочешь, я твоей сестрою стану?"
А ей в ответ прошелестел Коран:
"Прости меня за столько смертных ран".
Она вздохнула, шевельнув страницей:
"Я не виновна в пытках инквизиций,
и не виновен ты в резне кровавой.
Мы - книги. Мы не ведаем расправой.
Но лезли в нас и пастыри, и власти,
и привносили собственные страсти..."
Вдруг, словно бы от спячки оклемался
раздался голос "Капитала" Маркса:
"Вам коммунизм, простите, не достался.
Был призраком и призраком остался.
К народу относясь, что к поголовью,
вожди меня переписали кровью.
В угоду всем портяночным тиранам
мной заменили Библию с Кораном".
И замерли три книги, как на плахе,
над трупами в Баку и Карабахе.
Попытка подменить все веры Марксом
окончилась кровавым страшным фарсом.
Гяуров нет. Все веры драгоценны,
как травы все по книгам Авиценны...

Е.Евтушенко (1989г)

Убивали любовь. Убивали в четыре руки,
Били с разных сторон, соревнуясь в сноровке и силе,
Им кричала любовь: 'Ах, какие же вы дураки!',
А они ей в ответ за ударом удар наносили…

Убивали любовь. И однажды она умерла…
Ей бы их обмануть, притвориться убитой и только,
Но любовь, как любовь, притворяться и лгать не могла,
Да и им поначалу не жаль ее было нисколько...

Убивали любовь. На поминках его желваки
Заходили на скулах, и глаза ее слезы затмили,
И тайком друг от друга все те же четыре руки
Поливают отныне цветы у нее на могиле…

ZveZden'

Каждый выбирает по себе..

Каждый выбирает по себе - женщину, религию, дорогу

Дьяволу служить или пророку- каждый вибирает по себе....

Каждый выбирает по себе- слово для любви и для молитвы

Шпагу для дуэли, меч для битвы- каждый вибирает по себе...

Каждый выбирает по себе- щит и латы, посох и заплаты

Меру окончательной расплаты- каждый выбирает по себе..

Каждый выбирает по себе!Выбираю тоже, как умею....

Ни к кому претензий не имею!

Каждый вибирает по себе.....

Любовь и Смерть, прервав борьбу от века,
Сошлись в таверне, в «Жизни Человека»,
И выпили. Колчаны же – увы! –
Швырнули на побеги муравы,
Сообразив лишь утром – оплошали:
Они же стрелы так перемешали!
И, торопясь, собрать решили вновь
И бытие людское, и любовь.
Но был туман, и спешка без оглядки,
И стрелы разделили в беспорядке,
И много ненавистных, чуждых стрел
Там Смерть заполучила в свой удел,
И много раз Любовь, блуждая рядом,
Брала стрелу, напитанную ядом.

Вот отчего так в мире много зла
И множатся страданья без числа:
Не та и не туда летит стрела.
И часто старый любит, как юнец,
А юного нежданный ждет конец!

Р.Киплинг

Кажется это зима
Дико приелась осень
Хотелось чего то холодного
Снежного
Так чтоб морозило
И леденело
Вот оно
Забирайте – спасибо,
уже надоело

Эти сезоны
Сплошная тоска и не более
То слишком мокро
То жарко до боли
Достало все
Хочется нового-
Пятого

Путаться в листьх,
Старых,
Прятаться
Птицам
Завидовать
Я тоже хочу так,
Но видимо
Нужно уметь оставаться
В осени

Дальше – подарки,
Холод в костях,
Ожидание,
Накинутый плед
Кофемания
Снег на ресницах
Открытка
Внимание к
Числам
С праздником!
Это случится
Может быть
В следующем
Будет везти
Не по мелочи
Зимой
Нужно уметь надеяться

Весной нужно уметь
Влюбиться -
Не в кого
Не оправдание
Любая громада оттаивает,
Не обо мне
Зато в рифму
Снова приветик птицам
Что то вы долго
Желаю
В лужи
Не приземлится-
Их много
Благо весной много жидкости

Летом
Нужно уметь напиться
И море
Увидеть
хотя бы
на раз
для галочки
поделиться
памятью
с кем то
осенью встреченным
романы
на пляжах
не в счет-
молодость

Эти сезоны такие неполные
Нить обрывается
На приключении
И если подвластны
Времени
Все глупости
Что мы делаем
хочется
Ощущение
Мгновенности
сохранить,
Не прерываясь на
Грусть осени,
Холод зимы
Весеннее одиночество
И мимолетность лета
Хочется нового времени
Года
- пятого.

не моё :))

Я люблю засыпать на рассвете
Просыпаться под шелест дождя
Я чужая на этой планете
Я бегу от себя до себя

Лицемерных признаний не трачу
Только знаю ответ и вопрос
Как от счастья бывает, что плачут
А от горя – смеются до слез

Все дороги ведут в неизбежность
В те места, где окажешься ты
Мне понятна не сила, а нежность
Я люблю и любила цветы

Драгоценней последнего хлеба
Будет сон у меня на руках
Я люблю это серое небо
И в твоих неспокойных глазах

От чего умирают шуты?
От обиды, петли и саркомы,
От ножа,
От презренья знакомых,
От упавшей с небес темноты.
От чего умирают шуты?
От слепого вниманья Фортуны.
Рвутся нервы, как дряхлые струны,
Рвутся жизней гнилые холсты.
От чего умирают шуты?
От смертельного яда в кефире,
От тоски,
От бодяги в эфире,
От скотов, перешедших на «ты»,
Оттого, что увяли цветы,
Оттого, что становится поздно
Длить себя.
Умирают серьезно,
Лбом в опилки,
Как падают звезды…
А живут – а живут, как шуты.

Стихотворение из повести «Шутиха».
Олег Ладыженский

Благославенна, встречная,
прошедшая и вечная...
Усталый день огни
Разложит словно карты.
и наворожат мне они
поцелуй азартный.
Игрою для двоих
Начнется приключенье.
Ты жарких губ моих
поймешь предназначенье.
Всё будет, как всегда...
Покорна и пуглива.
И вся твоя беда
Лишь в том, что ты красива.
И, не заметив, - как
Мы грань переступаем,
где всё не просто так,
где боль предоощущаем,
боль, неопределённей
Чем нашей встречи час,
к ошибкам благосклонней
относимся сейчас.
...не нужно и нелепо
прощанье у дверей
ты губы ищешь слепо,
чтобы уйти скорей...
Одна идешь домой,
прекрасно понимая,
Что у тебя есть СВОЙ
А у меня - ДРУГАЯ.
Но в этом ли беда?
Беда в неутолимом
желании себя
назвать любимым!
И в этом есть извечная
души тоска и сила!...
Благославенна, встречная,
за то, что приходила!

Леонид Боль

Кинематограф суеты.
Большая ложь и ложь поменьше....
Опять убьет хрусталь цветы,
А в них - мечты печальных женщин.
Как тишина напряжена!..
Необъяснимое влеченье -
Читать чужие письмена,
своё отыскивать значенье.
Пред занавешенным окном
гадать на пламени свечи.
Не помышляя об ином,
Уроки полночи учить.
Что отразится в хрустале?
Кто прикоснется к одеянью,
свечу загасит на столе
в усладу тёмному свиданью?
Ты с полночью обручена.
Но не понятно наважденье:прочесть чужие письмена -
не разгадать своё значенье.
И даже слившихся теней
Не различить в беззвездном мраке, -
Но вдруг увидеть на стене
Кабаллистические знаки.
Как страшно пред такой судьбой-
прочесть, как переводы в черне,
начертанное не тобой,
не объяснив своё значенье.
И скомкав простыни рывком,
швырнуть в хрусталь! и с облегченьем
услышать звон, забыв о том,
что не узнать своё значенье.
....Какая в доме тишина....
Осколки видеть не желая,
стоишь во тьме, обнажена,
цветы в ладонях оживляя.

Леонид Боль